[ Персия ]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » [ Персия ] » Жилые помещения » Закрытая комната со стражей


Закрытая комната со стражей

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://s017.radikal.ru/i403/1203/15/51ddfe7a1657.jpg

0

2

Вот уже неделю Парвиз томился в крепости. Тайрунд действительно исправно дегустировал всю его еду. Когда же мальчик не являлся, посуда летела назад в сторону дверей и разбивалась о тяжелые створки. Впрочем, посудой здесь назывались какие-то нелепые плошки, о качестве похлебки принц старался не думать совсем, но по всему пришел к выводу, что работают ассасины уж точно не за еду. Да и идея, которая скрепляет братство, должна быть довольно сильной.
На требования увидеть владыку ассасины отвечали отказом. Или вовсе не отвечали, что напрочь выводило пленника из себя. Сами же они старались не вступать в диалог.
Царевич оказался изолирован в замкнутом пространстве небольшой комнаты. От  бесплодной ярости, Парвиз готов был начать бросаться на стены и уже всерьез подумывал о том, чтобы, убив охрану, которая сменялась возле его дверей, выбраться, укрывшись плащом, за пределы своей темницы. Как  покинуть крепость, он пока не решил.
Стражникам приходилось время от времени посещать комнату и следить, чтобы пленник не натворил дел. Острые предметы ему не подавали. С огнем тоже было строго, поэтому своды кельи часто освещались лишь сквозь узкую бойницу, выходившую во двор. Сквозь нее же он наблюдал за внешним миром. Редкие ассасины, появлявшиеся во дворе, вызывали массу агрессивных эмоций, в некоторых, казалось Парвизу, он узнавал знакомые черты. И последнее раззадоривало и дразнило инстинкты сильнее. Но еще ни разу принц не видел своих пленителей лично, с тех пор как оказался заперт здесь.
Сидя в полумраке, Парвиз в очередной раз обводил безумным горящим взором свои покои. Волосы его были взлохмачены и в беспорядке спадали на лицо. Царевич походил на дикого зверя, каких циркачи отлавливают в лесах и степях, пытаясь приручить в угоду собственной алчности, и сделался не менее опасным. Счет времени был утерян, и каждая минута казалась вечностью. Он караулил. Ждал. Таился. Готовый свернуть шею первому из недругов, кто посмеет явиться к нему.

+5

3

<<< С прогулки

Время, казалось, летело еще быстрее, чем сменялись мысли в голове ассасина. За ними Арран не замечал, как изменялся вокруг него мир, как менялся он сам. Самообман должен был помочь решиться отворить дверь в комнату, узником которой стал принц, но он рассеялся в тот же миг, когда аль-Тахир переступил ворота замка. Неподдельное чувство какого-то приятного томления забилось в груди, вытеснив собой все те отговорки, которые мужчина придумывал, чтобы тянуть время. Запрокинув голову и не замечая проходящих мимо подданных Владыки, сквозь дрожащий пламенеющий воздух он всматривался в глухие желтые стены и словно наяву видел узкое стрельчатое окно. Редкими вечерами в нем мерцала свеча, казалось, отбрасывая одинокую тень.
Арран все еще не знал, чего страшился больше - не увидеть прежнего огня в глазах своего гостя или же напротив, броситься как в воду в его объятия. Губы непроизвольно шептали имя и растягивались в улыбке. Он не помнил, когда еще улыбался столь же часто. И вроде бы понимал, что все это может быть миражом, эфемерным и сладким обманом, но оттого не менее страстно эти мысли оберегал.

- Уже испортил кому-то настроение? - голос Садара выдернул даи в реальность.
- По-твоему, я улыбаюсь только когда всем вокруг плохо?
- Да, по-моему, это твое обычное состояние,
- рафик со смехом увернулся от шутливой затрещины, последовавшей за его ответом, пожелал другу хорошего дня и направился вниз от ворот.

Аль-Тахир глубоко вдохнул. Спина Садара поздновато напомнила разузнать, покинул ли Бенэм крепость. Дела, когда они не стояли прямо перед глазами ассасина, в последнее время мгновенно отодвигались на задворки сознания. Это было неправильно, непривычно, но приятно.
За весь путь до заветной двери мужчину никто не остановил с вопросами или какими-либо делами. То ли потому, что их попросту не было, то ли слишком уж целенаправленно Арран шел, и братья не осмелились.
Длинный коридор кончился, не успев начаться. На этот раз даи преодолел его на удивление быстро. Стражи по обе стороны от двери почтительно склонили головы и замерли. В груди застучало сильнее, когда аль-Тахир поравнялся с ними.

- Свободны, - коротко скомандовал он, глядя перед собой.

Дождавшись, когда шаги обоих фидаинов стихнут, Арран перестал скрывать волнение. Коснулся рукой холодной шершавой створки, прислушался. В комнате царила тишина, она же просачивалась в коридор и повисала в воздухе настолько осязаемо, что ассасин почти слышал, как бурлящим потоком по венам бежит кровь, стучит в висках и подрагивает кончиками пальцев.

-  Мастер! - внезапно и так невовремя раздался позади радостный вопль Эмира. Мужчина резко отпрянул от двери и обернулся, смеряя юношу убийственным взглядом. Крик его души и мертвого бы поднял, что уж говорить о тех, кто находился в радиусе десятка метров. Но Эмира подобные мысли не терзали, грозя выронить поднос с обедом, он мчался по коридору, словно в конце пути его ждали как минимум врата Рая. - Зачем вы отпустили охрану?! Там эта... он же буйный! Вы не видели, с какими глазами оттуда выходил Тайрунд!
- Продолжай, - бровь аль-Тахира заинтригованно поползла вверх.
- Я устал двери мыть! - переведя дух, мальчишка продолжил с пущим рвением. - И посуду собирать! Ему все не нравится! А еще он Владыку требовал! Но мы не позвали... И... и смотрит так дико, страшно заходить! Я вот даже ложку принес деревянную! Вы не могли взять другого принца? - большие глаза воззрились на наставника, и Эмир заткнулся, поняв, что сморозил глупость, когда вторая бровь Аррана взметнулась вверх.

Отстранив юношу от порога, даи дернул засов. Тот глухо лязгнул, и тяжелая дверь отворилась. Несмотря на все попытки Эмира воззвать к голосу разума, мужчина открыл ее почти нараспашку. Самодовольная улыбка мелькнула на губах, скрывая истинные эмоции, аль-Тахир шагнул в комнату.

- Бушуем? - ласково осведомился он, не сводя глаз с заключенного и передавая мальчишке нож из сапога, и крутанул пальцем перед его носом. - Разгрузочный день. Закрой нас. И не задерживайся под дверью.

Эмир сглотнул, но послушался. Снова лязгнул засов.

- На вас поступали жалобы, - Арран мельком оценил обстановку, снова встретился с темными глазами принца и улыбнулся, неосознанно потерев гладко выбритый подбородок.

+4

4

Странное дело – стечение обстоятельств. Принц таился возле двери, прислушиваясь к тому, что происходит за пределами его комнаты. Он готовился совершить прыжок и накинуть на голову вошедшему кусок простыни, чтобы тот потерял ориентиры. Ассасины не ходят без оружия, времени бы хватило на то, чтобы достать клинок. Коридор обычно пуст, по крайней мере, шаги там слышны довольно редко. Ближайший караул Парвиз видел на углу, когда его вели сюда. Дальше можно было действовать…
Но вот уже прошел час, потом другой и третий, а снаружи не ощущалось никакого движения. Даже голоса стражников, словно догадавшихся о планах царевича, стали звучать редко и приглушенно. Парвиз недоумевал, Тайрунд обычно появлялся с утра, но когда его заменяли другие ассасины, они тоже не задерживались. Все было налажено и четко.
Устав ждать, принц встал, в очередной раз за эти долгие дни прошелся по комнате из стороны в сторону и в раздумьях опустился на каменный пол. Во дворце сейчас, наверное, его малышка-сестра о чем-нибудь щебечет с Камалом. Быть может, вплетая ему в волосы душистые цветы. Гордая царица уже, вероятно, беспокоится об отсутствии сына или же про себя укоряет его в легкомысленном поведении. Отец. Принц чуть улыбнулся и подумал о румяных кухарках. Когда-то тюрьмой казался родной дом. Сейчас же он был заперт в этой дыре.
Так прошло еще какое-то время. Изменений не наблюдалось.
- Не могли же про меня забыть.
Парвиз стукнул кулаком в пол и окинул взглядом свою обитель. Судя по полоске света, тянувшейся мимо постели к соседней стене, солнце уже обошло половину неба.
Царевич собрался залезть на невысокий сколоченный ящик, заменявший здесь табурет, чтобы выглянуть во двор, как внезапный звук, раздавшийся в тишине, заставил встрепенуться. Дверь заскрипела, Парвиз резко огляделся в поисках своих средств нападения, но та с грохотом отворилась, не оставив и пары лишних секунд. Знакомые глаза с надменным прищуром устремились прямо на принца.
- Ты?!
Не теряя времени, мужчина схватил за полый край свой импровизированный табурет и с силой швырнул его в вошедшего. Несколько шагов расстояния вряд ли бы позволили ассасину увернуться.
- Я успел по тебе заскучать!
Ловко поднявшись на ноги, несмотря на то, что уже потерял в весе на местном пайке, Парвиз дотянулся до приготовленной простыни. Скрутив ее, он ринулся к горлу ассасина.

+4

5

Брошенный ящик больно ударил по выставленной в защитном жесте руке. Арран непроизвольно отшагнул назад. Внутри оборвалось: скрученная простыня в руках принца открыто свидетельствовала о том, что тот вынашивал в себе всю эту неделю. Жгучее желание отмотать назад время и не являться сюда на миг ослепило ассасина, но когда разъяренный гость двинулся навстречу, аль-Тахир стиснул зубы. Пропало волнение, пропал страх. В мозгу запульсировало лишь одно – обезвредить.
Следующее произошло очень быстро. Ящик отлетел в дальний угол, гулко стукнувшись о стену, простыня была перехвачена, кулак врезался Парвизу под дых. А затем еще и еще. За все, что Арран успел передумать, за то, что прислушался к сердцу, не к разуму, за собственное бессилие. Лицо горело, шальной взгляд не отпускал глаз царевича. Смяв в кулаках отвороты его жилета, ассасин с глухим рыком оттеснил пленника к стене возле окна и впечатал в нее лопатками. Намеренно стараясь приложить побольнее, чтоб искры из глаз посыпались.

- Не превращай меня из радушного хозяина в твоего тюремщика, - угрожающе произнес он. - Потому что если ты не успокоишься, я лично посажу тебя на цепь. В грязной тесной камере, в которой ты сдохнешь от жары и соленой воды. И единственное окно, которое там будет, позволит тебе наблюдать только за сменой дня и ночи.

Аль-Тахир был готов действительно осуществить озвученное. Если понадобится, то прямо сейчас. Никогда ведь не поздно исправить свои ошибки. Даже такие… приятные. Взгляд скользнул по губам Парвиза, и Арран тяжело и прерывисто выдохнул, выпуская из рук жилет.

- Убивай, если хочешь. Я и так задержался на этом свете. Беги, если хочешь. Ты не пройдешь незамеченным. Твоя стать выдает в тебе твою кровь. В горах опасно, а в пустыне ты не продержишься без воды.

+3

6

Парвиз согнулся от внезапной боли, но, быстро среагировав, успел закрыться от дальнейших ударов. Ассасин действовал стремительно. Воспользовавшись моментом, Арран схватил царевича за лацканы жилета и, тряхнув, словно соломенную куклу, что ставят крестьяне возле своих полей, приложил спиной о стену.
- Радушным хозяином тебе будет царский палач, - Парвиз резко выдохнул и мотнул головой вперед, сталкиваясь лбом с аль-Тахиром.
Еще пару секунд спустя он освободил свой жилет, впрочем, пальцы ассасина разжались довольно свободно, выпуская ткань.
– Лучше сдохнуть, чем принимать ту дрянь, которую вы выдаете здесь за еду. Если меня переведут в другое место, я по крайней мере не стану наблюдать твою ухмыляющуюся физиономию перед своим лицом. Смена дня и ночи куда приятнее.
Диалог выходил деструктивным. Принц тяжело дышал от гнева и тянущей боли где-то под ребрами. Но ассасин, казалось, и сам сник. Чуть морщась, Парвиз бросил на него короткий взгляд.
- Я бывал и в горах и в пустынях, - произнес он, прислоняясь назад к стене и потирая рукой шею. – Но у тебя нет ключа.
О том, что камеру закрыл за собой какой-то юнец, по-видимому, из местных новобранцев, принц подумал лишь пару минут назад. Усмехнувшись над своей оплошностью, он поднял глаза на ассасина, размахнулся и отвесил противнику звонкую оплеуху.
- За радушие. Оно у вас явно хромает.
Выразительно взглянув на мужчину, царевич шевельнул бровями и прошел к скамье. Усевшись на нее с той статью и удобством, которое позволяли габариты данного элемента интерьера, Парвиз свел кончики пальцев.
- Навестить или по делу? - вновь, на этот раз вопросительно, он посмотрел в сторону аль-Тахира, его занимал иной вопрос. - Зачем ты попросил запереть дверь снаружи, когда находишься внутри? Старец не позволяет пощекотать нервы в повседневных трудах?

+4

7

Подперев собой стену напротив принца, ассасин сложил руки на груди и уставился на пленника. Щека его горела от пощечины, в мыслях было кристально чисто, в груди тяжело, будто камень повесили на шею. Спорить с Парвизом, кто прав, и где лучше: здесь или в темнице, казалось аль-Тахиру бессмысленным. Все слова, должные, по его мнению, заставить царевича смягчиться и подумать о том, что ему, в общем-то, повезло, когда все могло обернуться гораздо хуже, рассыпались, как горох об стену.
Идя сюда, Арран сомневался, был готов испросить совета у Владыки, терзаемый чувствами, которые ранее никогда его не посещали, но его ответ находился сейчас у него перед глазами и был к нему глух. Не потому, что ничего не замечал в синих глазах - они были красноречивее любых слов - а потому, что перед принцем находился ассасин. Тогда аль-Тахир посмел думать, что это не играет для царевича большой роли, теперь он видел, Парвиз не забывал об этом ни на минуту. Улыбка против воли появилась на губах Аррана. Рядом с пленником он сам забыл, кто он есть. И пора было уже об этом вспомнить.

- Я бы соврал, сказав, что по делу. Но кое-какое предложение к тебе у меня было, - спокойно ответил мужчина, бросив в сторону двери быстрый взгляд. – Оно не касалось ни Владыки, ни твоего побега, поэтому вряд ли представляет для тебя интерес. А зачем я просил запереть, уже не имеет значения.

Совладать с собой было трудно, казаться безучастным - еще сложней. Отстранившись от стены, Арран подошел к скамье, на которой восседал принц, и опустился рядом. Молчание вновь затягивалось. Ассасин уже знал, как поступит дальше, и медлил. Рассматривал Парвиза, мысленно выдумывая тысячу причин, оправдывающих его поведение. Но на каждую находилось опровержение. И, наконец, когда молчать уже стало попросту невыносимо, аль-Тахир перевел взгляд на окно и ровно произнес:

- Что ж. Пусть будет так, как ты хочешь. Я прямо сейчас прикажу проводить тебя в темницы. Раз в день тебя будут навещать, принося хлеб и соленую воду, - он говорил не спеша, делая долгие паузы, пересиливая себя. – Это чтобы твои слова о радушии не пропали зря, - последнее далось легче, и Арран продолжил уже более оживленно, взяв со стола полупустой кубок, чтобы чем-то занять руки: - Дело не в тебе лично. Ты здесь только потому, что попался под руку. Так что не обольщайся. И выкинь из головы все, что успел надумать. Я хотел провести с тобой время вечером. Но поскольку ты слишком скверно себя вел, ты лишен всех привилегий. Возможность возмущаться – потеряна. Возможность требовать что-либо – потеряна.

Ассасин почти ласково улыбнулся. И запустил кубком в дверь, то ли от злости, то ли в надежде, что кто-нибудь за ней откликнется. А может и все разом.

+3

8

Собственно, Парвиз и не собирался думать о своем благе быть заключенным в одни стены, нежели чем в другие. Разница казалась ему бессмысленной, а возвращение далеким. Разумеется, проведя в заточении столь долгое время, принц не сделался добрее или терпимее, напротив, в часы одиночества и вынужденного бездействия, мысли о его надзирателях успели так крепко засесть в голове, что виды расправ, производимых над неугодными сектантами, в его фантазии достигли непревзойденной изощренности.
Тон и вид ассасина менялись словно погода. Что было естественным, а что напускным, определить не представлялось возможным  - Парвизу не раз доносили об уловках этих людей, и делать какие-либо выводы, наблюдая сейчас за Арраном, он не спешил. Возможно, тот пытается его заговорить, возможно, запугать. Или отвлечь от чего-то его внимание. Принц проследил взглядом за мужчиной, слушая его туманные речи. Если он пришел с делом, то еще выдаст оное, если же его привело праздное любопытство, то едва ли ассасин получит возможность его удовлетворить. Еще в первые дни заточения Парвиз дал себе слово стойко переносить все возможные последствия своего положения.
Арран опустился рядом с ним и, выдерживая паузы, снова заговорил. Принц выжидал, наконец, его губы дрогнули и плавно растянулись в улыбке.
- Если ты сегодня выполняешь желания, то могу я получить еще свой меч, коня и проводника?
Парвиз откинул голову назад и прислонился затылком к стене.
– А вот лишить меня возможности думать и требовать ты, к своему огорчению, не в силах.
Разумеется, он не собирался облегчать работу стражи, если той вздумается исполнять волю его заносчивого собеседника. Но время шло, а за дверью пока так никто и не появился. Видимо, прошлый указ ассасина был исполнен с большей отдачей.
-  Если так ты хотел привлечь внимание, - принц кивнул головой в сторону ударившегося о дверь предмета, - то они на это не реагируют уже пару дней.
Он поднял голову к полосе света, тянувшейся из окна, и расслабленно произнес.
- Я пробовал. Есть здесь другие развлечения? В день моего прибытия о моем досуге заботились больше.
Нарочито прикрыв глаза, принц незаметно наблюдал за выражениями лица ассасина.

+1

9

Кубок глухо стукнулся об пол и укатился в угол, собрав собой всю паутину. Аль-Тахир был готов запустить вслед за ним еще чем-нибудь, попадись оно под руку, но стол подле него оставался девственно пуст.

- И ключ от двери, - сдержанно отозвался ассасин на замечание про меч и коня.

Дипломатия никогда не была сильной стороной Аррана, вот и сейчас мужчина отчетливо видел, что не больно-то преуспел в своем стремлении наладить контакт. И не преуспеет, если кипящее внутри недовольство прорвется сквозь стиснутые зубы. Привыкший не скрывать эмоции, даи справедливо опасался, что если начнет высказываться относительно каждого услышанного слова, они с принцем вряд ли остановятся к утру, и не факт, что к утру же не поубивают друг друга. Что было бы в корне противоположным от того, чего аль-Тахир хотел.
Склонившись вперед и оперевшись локтями о колени, он переплел пальцы, пережидая, когда отпустит, и молча выслушивая все остальное, что Парвиз пожелал до него донести.

- Будь моя воля, - негромко заговорил Арран после, повернув голову в сторону царевича, - я бы отпустил тебя уже давно…

Тот казался спокойным и будто даже расслабленным, но, как предполагал ассасин, это могло быть простой уловкой. Аль-Тахир сам любил пользоваться подобным, когда вроде все хорошо, а чуть что – получаешь в зубы. Но взгляд словно прирос к лицу принца, останавливаясь то на его прикрытых карих глазах, то на резко очерченных скулах, то на изгибе бровей. Даи понял, как сильно стучит под ребрами только когда услышал свой прерывистый вдох. Очень медленно, почти ощущая ход времени, он выпрямился. Расправил плечи, не сводя взгляда, опустил ладонь на деревянную скамью, придвинулся ближе к Парвизу и закончил мысль, вдруг показавшуюся очень правдивой:

- Или никогда.

И не устоял: пальцы сжали отвороты дорогого жилета гостя, Арран привлек царевича к себе, порывисто прижимаясь к его губам. Эмоции, так долго не находившие выхода, захлестнули с головой. Ассасин целовал принца с такой пылкостью, словно старался наверстать все то время, что провел в добровольном одиночестве, не решаясь прийти.

+3


Вы здесь » [ Персия ] » Жилые помещения » Закрытая комната со стражей


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC